Шторм обрушился на остров с яростью, о которой старики в порту рассказывали лишь вполголоса. Он выбросил на берег не только обломки, но и девочку — хрупкую, едва живую. Затворник, давно отринувший имя и прошлое, не смог пройти мимо. Он выходил ее в своей хижине, где время текло медленнее, чем приливы.
Но спасение оказалось началом конца. Тишина его уединения была взорвана: за ребенком шла охота. Влажный песок у причала сохранил следы чужих сапог, а в гуще леса мелькали тени, не принадлежавшие острову. Его собственное прошлое, похороненное под слоями лет и расстояний, поднялось из глубин, как корпус затонувшего корабля.
Теперь им двоим оставалось только бежать. Не просто от людей, а сквозь сам шторм — через оползни, хлещущий дождь и ветер, вырывающий с корнем деревья. Каждый их шаг по размокшей земле был выбором: обернуться и дать бой призракам старой жизни или попытаться раствориться в стихии, исчезнуть снова — но уже навсегда. Девочка молча сжимала его руку, а впереди ревела непогода, стирая тропы и надежды.
